Накануне празднуемого Родноверами (23 апреля) дня Ярилы хотелось бы напомнить нашим единоверцам и простым читателям о документе и человеке увековечившем имя одного и наших славянских богов.

Увещание жителям города Воронежа об уничтожении ежегодного празднества под названием «Ярило» (1763)

«В прошлый понедельник, то есть в первый сего поста день, узнал я, уже к вечеру, от одного доброго человека, что на поле, близ московских ворот, со всяким бесчинием совершается какой-то праздник, который здешние жители называют «Ярило». Я, желая лучше удостовериться, обподлинно ли так, как мне донесено, сам на то место поехал и увидел, что точно так, как я слышал. Увидел, что множество мужей и жен, старых и молодых, а также малых детей из всего города на то место собралось. Среди этого множества народа некоторых увидел почти бесчувственно пьяными. Между иными ссоры, между иными драки увидел, иных раненых, иных окровавленных усмотрел. Приметил я и пляски пьяных жен со скверными песнями. А посреди всего этого беззаконного торжества безумных людей стоит кабак в палатке, из которого беспрестанно выносят вино и друг друга потчуют и упиваются, а неподалеку от него продаются и всякие съестные вещи.

Вот какой праздник, слушатели, увидел я в христианах, в тех людях, которые троекратным отвержением отреклись от сатаны и всех дел его, и троекратно присягнули служить Христу, записались в воинство Его (…)

И когда? В такое время, в которое по закону Церкви Христовой, общей нашей матери, истинные христиане пост начали (…) В такое, говорю, время совершают этот изрядный праздник, в которое всякой христианской душе должно благоговеть!

И кто же празднует так? Христиане, такого славного рода люди, рода Христова люди, «род избранный, царственное священство, народ святой, люди обновления» (1 Петр 2:9), этот совершают праздник, с таким усердием и горячностью, как в начале моего слова слышали вы, слушатели!

Но, увы, беда! Увы, ослепление! Христиане забыли, что они христиане. Устами Христа исповедуют, а делами отрекаются от Него. Словом прославляют Бога, а бесчинными делами хулят имя Его пресвятое. Я вам самим предлагаю на рассуждение, слушатели! Сами вы рассудите, какой это праздник?! Собираться на пустое место в великом множестве, упиваться бесчувственно, производить пляски, игры бесчинные, возносить крики и вопли богомерзкие, сквернословить друг друга, браниться, ссориться, друг с другом биться, друг друга ранить, друг друга окровавлять, и прочее тому подобное делать, чего слух души целомудренной не может стерпеть!…

Из всех обстоятельств этого праздника видно, что был некий древний идол, прозываемый именем Ярило, который в этих странах почитали, пока еще не было христианского благочестия. А некоторые этот праздник, как я от здешних старых людей слышу, называют игрищем.

«А давно ли праздник этот начался?» — спрашивал я у тех же стариков. Они мне на то точно сказали, что еще издавна. А потом добавили, что он из года в год усиливается, и так-де люди его ожидают, как годового торжества. И когда он подойдет, одеваются празднующие в самое лучшее платье, и понемногу в нем начинают беситься; туда и малые дети с великим усилием у своих отцов и матерей просятся. Начинается он, как те же мне люди объясняют, в среду или четверг по сошествии Святого Духа, и усиливается в следующие дни. А в понедельник, в первый день этого поста, оканчивается, только с великим бесчинием и умножением нечестия, как я сам заметил с сожалением.

Но как бы тот праздник ни назывался, или когда бы ни начинался, или сколько бы дней ни продолжался, однако же, точно я вам объявляю, что сей праздник есть бесовский, смердящий, издает запах идолонеистовства. Потому что праздник христианский состоит в том, чтобы в церковь Божию входить и имя Божие славословить, размышлять о содеянных Божиих благодеяниях и за них сердцем и устами Бога-Благодетеля благодарить (…)

Итак, праздник этот — бесовский праздник. А где праздник бесовский, там приносится бесу жертва, там бес почитается; а где бес почитается, там честь Христова повреждается, там «имя Божие хулится» (Рим 2:24).
Такое-то от христиан Христу благодарение!? Такое за неизреченные Его благодеяния воздаяние!? (…)

В сей горести и болезни сердца моего, обращаю слово мое ко всем живущим в городе этом, и с плачем молю: истребите зло сие от среды вашей.

Священники! Пастыри словесных овец Христовых! Стражи дома Господня! Ангелы, возвещающие волю Отца Небесного! По своему долгу «настойте.., умолите.., запретите…» (2 Тим 4:2), пощадите души, порученные вам Пастыреначальником Иисусом Христом, Кровью Его искупленные, за которые вы в день Судный страшному Судии должны отдать ответ. Отвращайте вы их от сего нечестия справа и слева.

Господа командующие, которым от благочестивейшей Монархини поручен меч на устрашение злодеев и нечествующих! Устрашайте мечом сим и пресекайте бесчиние и соблазны людей, противящихся слову истины.

Честные отцы и матери! Всячески удерживайте от этого детей своих, но прежде воспитывайте их в страхе Божием и во всяком наказании, да не будете за них истязаны в день Судный. Господа! Останавливайте дерзость рабов своих. Честною сединой и непорочной жизнью красующиеся граждане! Советуйте благообразным советом. Всех вообще молю: все единодушно старайтесь впредь не допускать эти сонмища нечестия и прочие подобные нехристианские игрища.

Если же закосневшие в злобе и сыновья непокорные будут пред вами оправдываться, что-де это древний обычай, да и в прочих местах то же и тому подобное делают, вы уста таковых таковым ответом заграждайте: что скотское дело — следовать обычаям или предков, или иных каких людей, а каков этот обычай, полезный он или вредный, спасительный или душепагубный, не рассуждать. Ибо скот обыкновенно туда идет, куда ведут, а не куда надобно идти. Куда одна овца или волк пойдет, туда за ним и прочие идут, а полезно ли им будет это или нет, не знают и не рассуждают. Человеку же, особенно христианину, естественным разумом одаренному и словом Божиим просвещенному, должно рассуждать и внимать, не что делают, но что надобно делать.

А что надобно делать и от чего отвращаться, всякому естественный и Божий закон показывает, Евангелие святое и, ему следуя, учителя учат. Если без рассуждения всяких обычаев будем держаться, то и имени христианского недостойны будем. Ведь обычай был у предков наших, пока еще свет христианского благочестия не светил, жертву бесам приносить, идолам поклоняться, тварь вместо Творца почитать (…) Так должно ли подражать в этом праотцам нашим?

Так, отражая безрассудных людей безумные извинения, советуйте и молите их, чтобы они от злых обычаев отстали и не делали того, что делается, но делали, что надобно делать, слушали бы пастырей и учителей церковных, которые на этого прежде всего и поставлены. Этому и Святой Дух через апостола повелевает повиноваться: «Повинуйтесь, — говорит, — наставникам вашим и будьте покорны, ибо они неусыпно пекутся о душах ваших, как обязанные дать отчет; чтобы они делали это с радостью, а не воздыхая» (Евр 13:17).

Наконец и я, недостойный пастырь ваш, увещеваю и молю от обычаев этих злых и душевредных удаляться, и праздник сей бесовский забвению предать, как виновника многих зол. Ибо чем более, как не этим беззаконным и неистовым торжеством, имя Христово хулится? Этим благочестивая христианская вера наша порочится. Ибо противники наши, лютеране, кальвинисты, паписты, видя такое неистовство, правильно нас поносят и говорят: «Вот-де какие у них праздники! Знать такая и вера у них, такое и благочестие!»

Таким праздником бесславится и город сей. Ибо жители прочих российских городов, глядя на такие праздники, праведно говорят: «Вот что у них делается! В Воронеже-де некий празднуют праздник, какого нигде нет, которого называют своим именем Ярило. Ах, что это за праздник у них — Ярило? Знать в честь какого-нибудь из древних идолов празднуют они». Ах, стыдно, более того, ужасно христианам идолу поклоняться!

От такого беззаконного торжества претерпевает укорение и пастырь ваш. «Чего-де он смотрит там? Ведь-де он на то поставлен, чтобы такие нечестия возрастающие отсекать. Знать, он или не знает своего звания, или позабыл, или не радит о нем». Да праведно и говорят то!

Ах, беззаконный праздник! Ах, сонмище нечестивое! Ах, постыдное имя — Ярило!
Мерзкое имя — Ярило!
Гнусное имя — Ярило!
Слуха целомудренного недостойное имя — Ярило!
Диавольское изобретение — Ярило!
Причина столь многих зол — Ярило!
О, никогда бы и не слышать имени того — Ярило!
О, скорее бы и из памяти изгладилось имя то нечестивое — Ярило!

Но да избежим, слушатели, все вообще греха и общего стыда! Разрушьте, молю и прошу, разрушьте сонмище это. Не допускайте впредь беззаконного сего собрания. Загладьте в памяти своей варварское и мерзкое это именование — Ярило. Предайте забвению и праздники эти. Празднуйте Единому Триипостасному Богу, Отцу и Сыну и Святому Духу, в Которого крестились, и на всяком месте прославляйте величествие Его.

А за то, что благость Его доселе такими беззаконными праздниками прогневляли, покайтесь, жалейте и к благоутробию Его с сокрушением сердца и со слезами прибегите. Он, как Отец Многомилостивый, примет вас, кающихся, и оставит вам грехи ваши и помилует по великой Своей милости. Аминь.«

Тихон Задонский, Епископ Воронежский и Елецкий

*  *  *

Как отправлялся этот праздник, видно частично из самого слова «святителя», а дополнительные сведения о ходе празднества оставил Митрополит Киевский и Галицкий Евгений.

По его описанию: «…на сборище сие избирался человек, которого обвязывали всякими цветами, разными лентами и колокольчиками. На голову надевали высокий колпак, сделанный из бумаги, раскрашенный и развязанный также лентами. Лицо ему намазывали румянами. В руки давали позвонки. В таком наряде ходил он пляшучи по площади, сопровождаемый толпами народа обоего пола, и назывался Ярилом. Повсюду видимы были игры, пляски, пьянство и страшные кулачные бои, от коих часто праздник сей ознаменуем бывал смертоубийствами и увечьями людей». (Описание жизни преосвященного Тихона. 1820).

Этнограф Павел Древлянский в своей статье «Белорусские народные предания» (1846) схожим образом, но с региональной спецификой, характеризует праздник в честь Ярилы:

«Ярыло — бог весны и плодоносия. Белорусцы представляют его молодым, красивым, разъезжающим на белом коне. По их мнению, Ярыло всегда бывает покрыт белою мантиею; на голове у него венок из свежих весенних полевых цветов; в правой руке держит он человеческую голову, а в левой — маленький снопик (горсть) ржаных колосьев; ноги у него босые. В честь его белорусцы празднуют время первых деревенских посевов (в Белоруссии) 27 апреля. Обряд этого праздника следующий. Вечером (в сумерки) хоровод девиц собирается в один дом, и там, избравши одну девицу Ярылом, одевают ее точно так, как они представляют Ярыла, и сажают ее на белого коня, привязанного к столбу. Между тем хоровод извивается длинною вереницею вокруг Ярылы и пляшет; у каждой девицы непременно должен быть на голове венок из свежих цветов, какие только могут быть в то время. Если же весна бывает теплая и благорастворенная, особенно если самый день праздника хорош, то этот обряд совершается с рассветом дня на чистом поле, даже на посеянных нивах. Старики-семьяне не только не препятствуют этой забаве молодых девиц, но и сами присутствуют при ней.

Во время пляски девицы поют в один голос песню, в которой изображены действия этого мнимого бога, будто бы он ходит по всему свету, на нивах рожь ростит и людям приносит чадородие.

А гдзеж  jон нагою,             А где он ступит ногою,

Там жыто капою,              Там рожь растет густо (хорошо).

А гдзеж  jон ни зырне,       А на какое место взглянет,

Там колас зацьвице…        Там колос зреет.

Песня эта очень длинна. Замечательно [примечательно — прим. ред.], что в хороводных праздниках белорусских главную и исключительную роль играют девицы, а не мужчины (парни).«

Помимо того известны не единичные топонимы с именем Ярилы.

Ярило. Художник Андрей Шишкин.

*  *  *

Возвращаясь к Тихону Задонскому и его поучению/свидетельству о Яриле.

Вот так. Казалось бы: на дворе XVIII век — прошло почти 800 лет со дня «единовременного, добровольного и безповоротного»(с) крещения Руси… а новоназначенный Воронежский епископ обнаруживает народный праздник с языческим содержанием (с которым, очевидно, не особо боролись его предшественники) и начинает увещевать, как паству, так и правящее сословие, чтобы праздник был искоренён.

Особенно хочется выделить двуличие, прямо таки «готтентотскую этику» «святителя» в отношении Славянской Традиции:
«…скотское дело — следовать обычаям или предков, или иных каких людей, а каков этот обычай, полезный он или вредный, спасительный или душепагубный, не рассуждать. Ибо скот обыкновенно туда идет, куда ведут, а не куда надобно идти. Куда одна овца или волк пойдет, туда за ним и прочие идут, а полезно ли им будет это или нет, не знают и не рассуждают. Человеку же, особенно христианину, естественным разумом одаренному и словом Божиим просвещенному, должно рассуждать и внимать, не что делают, но что надобно делать.«

Значит свободно выбирать свой путь и следовать веками выработанной народном (Славянской) традиции — это «скотское дело«, а под страхом кары земной (от властей) и кары загробной следовать за монотеистическим пастырем (что само по себе уже снимает вопрос — за кого монотеисты держат своих верующих), исповедующим иноземную веру с жёстким подчинением («Повинуйтесь, наставникам вашим и будьте покорны…«) — это «нормально», это-де не скотство…

Логикой, этикой и моралью здесь и не пахло…

Но надо отдать «святителю» и должное:
Своей борьбой с Ярилой он не только его увековечил, но и невольно произнёс (анти)славление Яриле, многократно произнеся его имя, признав за ним силу и лишь немощно скуля, желая никогда больше не слышать имя одного из наших Богов!…

Но это имя слышим и произносим уже мы — всё те же самые Славяне, чтущие традиции предков, как те воронежцы, новгородцы, минчане и иные наши предки, славившие Родных Богов даже по прошествии веков после лютого насаждения монотеистической религии «добра и любви»…

И самым правильным окончанием заметки этой будут простые слова —

Слава Яриле!

Мнение Редакции может не совпадать с мнением автора
Поделиться в соц. сетях:
Понравился материал? Поддержи работу Фонда