Фото: Theologia Paganorum

Theologia Paganorum — теология язычества или языческая теология.
Теологические чтения #5 о языческой онтологии манифестационизма и креационизме.

Приветствую, господа.

Время — это одна из самых фундаментальных категорий бытия. С временем связано наше существование, представления о чередовании событий, опыты Вечности и бесконечности, понимание Мифа, метафизика времени и подлунная история.

Начнем с того, что вне общества какого-то «объективного процесса, объективного течения времени» не существует. Все системы измерения и отсчета времени — де-факто производные от мифической или научной парадигмы, обладающие качественным смыслом только для общества. Именно в обществе, в народе и в контексте разлитого вокруг священного обретается смысл и качественная разница времен. Например, пьяное время течет волнами и довольно быстро; время труда — медленно; время экстатического ритуала может быть продлено сверх природной меры, но при этом своего собственного измерения длительности оно не имеет, то есть это миг, мгновение, даже если для внешнего наблюдателя оно может продолжаться несколько ночных часов.

Точно так же, поднимаясь выше, происходит понимание времени дня как малого отражения времени года: утро — весна, полдень — лето, вечер — осень, ночь — зима. Ещё выше, на уровне космологии, само мироздание проживает свой вселенский год. Зарождение мира — его весна, а для человека — детство и юность, которые неизбежно приводят к старости и Ночи мира, его остыванию в зимней стуже конца. В Индии существуют схожие представления о дне Брахмы, который равен миллионам земных лет, что подчеркивает его величие и связь одновременно с воплощенным миром и с Вечностью.

В одних традициях, например у народов Заполярья, год делится на две части: лето и зиму, день и ночь, с соответствующей метафизикой. В умеренном поясе ярко выражены все четыре сезона, где-то миф повествует о трехчастном делении колеса времени и эпох.

Языческое время — это цикличное время, которое проявляется, манифестирует себя на всех уровнях. И следующее принципиально: цикличность, рождение-смерть-и-возрождение вновь — это пульсирующее воплощение неизменной и неподвижной Вечности над временем. Вечность недвижима (подобно центральной оси) и, в некотором смысле, невыразима. Её манифестация в нашем мире — циклическое время, вечное воз-вращение. В календаре года, который можно представить как Колесо Года или Солярное Колесо, есть точки солнцестояний и равноденствий, а также иные важные традиционные праздники, когда реальность переживаемого внутри мира времени исчезает и снимается, испаряется — это точки ритуалов, когда время размыкается и в один миг (который внешне может длиться некоторое условное время) Вечность пронзает реальность в своей непосредственности.

В целом, такова же и природа Мифоса. По меткому определению Фридриха Георга Юнгера, в книге «Греческие мифы», Миф является метаисторической реальностью. Приставка «мета» означает, что Миф находится над историей, над временем. Миф вообще вечен и вечно актуален. Наша земная история — это воплощение, разворачивание Мифа и мифов в декорациях разных эпох. Какие-то истории повторяются, а какие-то мифы охватывают всё временное существование мироздания. Даже когда наука пытается утверждать, что мифологические времена давно прошли, то это тоже часть особого мифа об упадке времен. Фактически, когда мы говорим о языческой истории, слово «история» необходимо брать в кавычки, потому что де-факто это постоянно воплощаемая пульсация мифов. Например, историзм не является важным и ценным для греческой и индийской цивилизации, поэтому может считаться, что легендарные события прошли совсем недавно, а недавние — считаться легендарными. Или, например, вполне можно подписать мирный договор «на сто лет вперед» с момента его заключения, но не поставить никакой даты: потому что и так все очевидно, «с сего дня».

Вторая базовая структура времени, которая относится к креационизму, — это линейное время, а точнее отрезок. Креационизм в лице авраамических религий утверждает, что мир был создан единожды и в своё время он закончится раз и навсегда. То есть вечность — это удел бытия Божьего, а подлунный тварный мир — это одноразовое явление. После конца мира не будет никакого нового возрождения, нового цикла. История движется из точки А в точку Б. Вообще авраамические религии уделяют огромное внимание историцизму и исторической достоверности, реализму на уровне материализма событий и персонажей из своих писаний. Так как креационизм содержит в себе изначально доминирующий Логос, то мифическое понимание метаистории ему чуждо; только история реальная и история как эпизодические вмешательства Бога, его посланников и пророков в ход событий (так называемая иероистория). Тем не менее качественный смысл авраамической истории заключается в сотериологии, то есть спасении души, построении праведного Земного Града (Августин).

Следующий логический шаг, который совершается в эпоху Просвещения, уже в Новое время (Модерн) — это размыкание отрезка истории слева в прямую, которая уходит в абстрактно-бесконечное для обывателя прошлое вплоть до гипотез о состоянии пространства-времени до Большого взрыва, а с другой стороны эта прямая брошена в бесконечно-непостижимое будущее. Утверждается, что ход времени объективен и никак не зависит от существования людей, что если люди исчезнут, то все остальные процессы и полет планет сквозь пустоту вселенной продолжатся.

Вся история человечества в Модерне — лишь вспышка среди космических пылинок, погруженная в бесконечное движение материи. Движение из бездны миллиардов лет в пропасть бесконечного будущего может восприниматься обыденным сознанием как нечто «вечное», но на самом деле это негативный дубль или симулякр Вечности.

С этой точки зрения интересно посмотреть на то, как отсчитывается условное «объективное» время в современную эпоху. У нас есть два релевантных примера, один из которых даже стал самостоятельным символом. Это механические часы, которые отмеряют условно независимый, чистый хронометраж согласно четким делениям на секунды, минуты и часы. Второй пример — это атомные часы, которые являются эталоном точности. В них условно объективное время отмеряется частотой мельчайших излучений радиоактивного материала. То есть время — это безликое, универсальное и единственное для всех производное от материи. В этом заключается коренное отличие от традиционных представлений о времени, в которых оно может меняться по степени насыщенности, скорости или от времени года. Можно сказать, что священное время в срединном мире — это живое и конечное время, в то время как механическое или частотное время — это символ бесконечного мёртвого «ада».

В Традиции известны образы и архетипы, которые воплощают в себе бесконечность вкупе с бесконечной же неудачей и темой наказания, существования вне или против Богов — это мир титанизма и его фигуры, такие как Сизиф или Тантал.

Наконец, в эпоху Модерна появляются и общеизвестные нам концепты «прошлого» и «будущего». Их расположение на стреле времени обусловлено идеей о прогрессивном, поступательном развитии человечества, которая возникла опять же в Европе Нового времени. Идея прогресса призвана хоть как-то восполнить и придать смысл пребыванию во времени, утверждая, что общества, народы и культуры развиваются от худшего (детского и примитивного) в сторону лучшего (зрелого и высокоразвитого). Притом что прогресс никак не ограничивает и не обрисовывает конечный предел, цель этого развития. В этом он тоже отражает титанические черты бесконечности.

И здесь мы сталкиваемся с частым упреком или вопросом, когда говорят, что язычество — это путь в прошлое, путь назад, что это примитивная религия ушедших эпох. Проблема здесь кроется даже не в том, что современные язычники так или иначе пытаются показать, что язычество и современность совместимы. Язычество действительно не про бегство в прошлое, но точно также язычеству нет никакого дела до утопий о будущем. Язычество — это в первую очередь о Вечности, воплощенной в настоящем, во вращении года и жизней.

Прошлое и будущее принадлежат линейному времени и идеологии прогресса; наш же дом — это Мифос.

Можно вспомнить известную апорию Зенона об Ахилле и черепахе. Согласно условиям, Ахилл никогда не догонит черепаху, потому что пока он делает свой шаг, черепашка совершает небольшое движение вперед, и так до бесконечности. Эта картина абсолютно точно передает проблему времени, о которой мы говорим. И если мы отождествим Традицию с героем Ахиллом, то решением апории будет не бесконечный бег наперегонки с фантомами будущего. Решение проблемы — это перешагнуть саму идею линейного времени, перешагнуть черепаху прогресса и будущего. Ахилл побеждает не догоняя, а перешагивая.

Читайте также:

Теологические чтения #5 о языческой онтологии манифестационизма и креационизме
Theologia Paganorum - теология язычества или языческая теология. Теологические чтения #5 о языческой онтологии манифестационизма и креационизме.   ...

Поделиться в соц. сетях:
Понравился материал? Поддержи работу Фонда