На портале «Независимая Газета-Религии» вышел материал религиоведа Алексея Белова с утвердительным заголовком «Неоязычники свергают идолов». В нем автор рецензирует новый V выпуск альманаха «Colloquium heptaplomeres» лаборатории НРД Романа Шиженского (НГПУ им. Минина, Нижний Новгород), подводя к тезису что в среде «родноверов нарастает волна критики первых вождей движения». Ниже мы приводим полный текст рецензии Алексея Белова и комментарии от Велеслава Черкасова, писателя и историка Льва Прозорова и философа Евгения Нечкасова.

«Пятый выпуск альманаха интересен тем, что разнообразна не только структура сборника – в новый раздел, «Эссе», входят «неформатные» материалы, исследователей интересуют все новые жанры и кластеры. Если изначально деятельность НРД-лаборатории Шиженского (НРД – новые религиозные движения) была ориентирована преимущественно на славянское неоязычество, то впоследствии тематика расширялась. В рассматриваемом выпуске есть объемная статья об алтайском новоделе а-ля тенгрианство, интервью с бурятским шаманом и несколько материалов, посвященных традиционной религии осетин.
Отчет о социологическом исследовании «Воспитание в традиции и влияние современности» призван отразить, хотя бы в тестовом варианте, распространенные в неоязыческом мире взгляды на воспитание детей. Более половины социологической выборки предпочитают «закрытое» воспитание своего потомства, а главными проблемами – или угрозами – считают влияние Интернета, соцсетей и масскультуры, светское (читай: школьное) образование вкупе с курсом «Основы православной культуры» и пропаганду монотеистических религий. Автор исследования – активный и плодовитый новосибирский одинист (адепт германо-скандинавского язычества, «асатру») Евгений Нечкасов, что отразилось на репрезентативной группе исследования.

Составители не в первый раз обращаются к проблеме межрелигиозного диалога. Статья «Диалог православного христианства и неоязычества в контексте русской культуры» была бы интересна, если бы не субъективность автора. Как в отношении исповедуемого им православия, о котором он сообщает прописные истины из Закона Божия, так и по части неоязычества – как образец он восхваляет «ведороссов-анастасийцев» и апеллирует к апокрифической «Велесовой книге».

«Конструирование неоязыческой танатологии на примере «Славянской книги мертвых» волхва Велеслава» – пожалуй, первый нарратив подобного рода в неоязыческих штудиях. «Славянская книга мертвых» за авторством Велеслава (Ильи Черкасова) – знаковое явление времени. Как и сам автор, и все неоязычество. «Кто же еще», как не Велеслав, едва ли не самый популярный родноверческий волхв, известный своими заимствованиями для неоязыческой реконструкции из восточных традиций. И вот теперь и книга мертвых есть своя, славянская, у родноверов», – пишет автор, скрывающийся под псевдонимом Гедеон Янг. Он покусился на «святое», подвергнув деконструкции упомянутый текст волхва, указал, какие именно элементы языческого «учения о смерти» откуда заимствованы – из индуизма, буддизма, христианства или даже оккультизма. Автор демонстрирует это как на примере языческой антропологии, так и учения о посмертной участи человека. Особо освещается тема «Антихристианство в «Славянской книге мертвых», ведь критика иудеохристианской традиции – неотъемлемая черта всех неоязычников без исключения.

Количество интервью хоть и увеличивается с каждым номером альманаха, но уже очевидно, что за предыдущие четыре выпуска авторы исчерпали ресурс всех сколько-нибудь интересных и значимых деятелей и лидеров, и блок растет все больше за счет пара-, около- и криптоязычников. С «настоящими» язычниками здесь представлены 5 (из 11) интервью, в том числе два с «природовером» Андреем Резунковым – с 20-летним перерывом между ними; а также беседа все с тем же волхвом Велеславом 15-летней давности. Остальные интервью – этакие околоязыческие декорации: здесь и музыкант Лесьяр (Алексей Агафонов) , и театральный режиссер Хень, и жрица Бастет Людмила Пругло, и таролог-рунолог Александр Росс…

А пока алтайские пассионарии (вос) создают старое новое тенгрианство, а буряты и осетины возрождают традиционные культы, в среде славянского неоязычества зреет не то рефлексия, не то Реформация – а то и вообще «контра». Все больше персонажей активно критикуют как первую волну родноверов, так и само язычество с его претензиями на аутентичную религиозность.

Этот тренд явно проступает как раз в интервью – так, Древлеслав Новосельцев из общины «Боярга» считает, что настоящее возрождение язычества началось всего-то «5 лет назад, когда многие «наигравшиеся» в бредни неоязыческих оккультистов-эзотериков стали измышлять язычество критически и впервые создали тонкую прослойку настоящих исследователей, живущих во имя традиции». И тут же не забывает «поблагодарить» предшественников: «Этот путь когда-то начали родноверы, из которых мы когда-то вышли, но они не прошли свой путь, и он увел их в откровенное мракобесие и эзотерику».

Упомянутый выше Лесьяр – экс-фронтмен культовой отечественной pagan-metal группы Butterfly Temple и вовсе теперь родноверам враждебен: «А что такое славянское язычество в современной России? Если ряженые, что занимаются этим ради корысти или просто по скудоумию или собственному убожеству, дабы хоть так реализоваться, то я уже давно делаю многое, чтобы подобное исчезло как позор. И дело мое успешно – пик уродства прошел лет 7–10 назад». А «пик уродства», по его мнению, – это «мода на родноверие, все эти общины, Арконы, побрякушки, каждый второй дурак, называющий себя родновером и язычником». «Сейчас многие поняли, что это чушь собачья и родновером быть стыдно – типа как быть клоуном», – говорит Лесьяр.

К чему бы ни привела эта нарастающая волна внутреннего недовольства, критики и протеста – к перерождению и обновлению неоязычества или же, напротив, к его вырождению и исчезновению, – сам факт внутренней саморефлексии можно только приветствовать».

Велеслав Черкасов о «Славянской Книге Мёртвых»: «Изначально текст будущей «Славянской Книги Мёртвых» создавался как сборник заговоров, плачей и текстов о предках и умерших, которые использовались в ритуальной практике родноверами. Часть текстов была собрана от знакомых из множества других общин. Второе издание уже сильно дополнилось этнографическими материалами и траурным фольклором, а также моими авторскими текстами о смерти. Там же есть отчет о кремации Доброслава, знаковом событии для родноверия.
Касательно заимствований из других традиций, из оккультизма или индуизма, то это нормально: что-то приживется и останется в традиции, а что-то отпадет совсем. Так традиции и развиваются, не вижу в этом проблемы. Хорошо, что люди читают, изучают эту тему — это сподвигает к пониманию, и даже критикуют, так как это питает мысль и поиск».

Писатель Лев Прозоров о «реформации» и критике поколений в родноверии: «Я с 1992-го года в этой среде и не вижу в этом явлении ничего нового. В конце 1990-х и начале 2000-х позиция «Д`Артаньяна в белом» уже была распространена, но тогда не было социальных сетей и интернета, поэтому не было столь широкой огласки. Ну и приходилось конкурировать с реальными людьми, которые собирали сотни, порой и тысячи язычников, а «Д`Артаньяны» — полтора человека. Но со временем эти люди стали уходить, кто-то в книжную лавку, кто-то в свой «лесной храм», а кто-то просто выдохся, так как работа с людьми, да на общественных началах — самая тяжелая и неблагодарная. А у «Д`Артаньяна» задача одна — кричать громче что он самый правильный, и мотивация тут — чувство собственного величия. Поэтому сейчас, когда знаковые люди первой волны отошли от дел, таких пораженных ресентиментом слышно очень хорошо, особенно в интернете где не надо прилагать усилий. Если плевать в кого-то известного, то тем больше народу тебя и прочтет».

Комментарий Евгения Нечкасова: «Опрос о семье скорее показывает наличие тенденции или настроений, симпатии в сторону «своего» и «закрытого» от стремительно деградирующей социальной сферы и бума интернета. К тому же по результатам опроса есть примерно треть «неопределившихся» или попавших между двумя полюсами. Касательно «реформ» в родноверии, в язычестве — это нормально, так как язычество гетеродоксально. Тут скорее вопросы такого порядка: оправданность реформ, источниковая и теологическая база реформ (оформление ещё одного легитимного и не противопоставленного течения внутри традиции) и проблема ресентимента среди новых авторов или тех, кто ушел из язычества и обвиняет теперь его в своих неудачах или проецирует на других свой собственный стыд. Можно сказать метафорой: от широкого дерева берет начало много ветвей, но если ветвь начинает хаять и «отпочковываться» от дерева утверждая свою мнимую истину, то она быстро высыхает и отваливается».

Поделиться в соц. сетях:
Понравился материал? Поддержи работу Фонда