Фото: Web

Вот уже целую вечность ведутся безусловно «важные» для всех нас споры — может ли представитель той или иной национальности принять ту или иную языческую традицию. На одной только «русскости» можно одновременно паразитировать неомерянам, родноверам, германо-скандинавским язычникам и даже исповедующим древнеиранскую традицию в разных её формах. Вечные споры о должной языческой идентичности стали классикой нашего времени. Такие споры есть обыденность для представителей русского одинизма, ибо каждый русский одинист хоть раз сталкивался с репликами по типу «ты предал родину», «русский — значит славянин» и так далее. На этот раз мы попытаемся дать развёрнутый ликбез-ответ на тему «как русский может исповедовать германское язычество».

Но перед этим следует сказать две вещи:

  1. Сама идея оспаривать и критиковать чьё-то мировоззрение является довольно абсурдной. Если человека можно переубедить и заставить «выйти из традиции», то не сильно-то она ему нужна, или он не обладает своей волей, и ему традицию можно «навязать», тогда вообще нет разницы что он и как исповедует — он лишь сосуд, из которого можно всё вылить и наполнить чем хочешь. Если у человека нет воли сказать «вот так вот будет по-моему, а ваше мнение меня не интересует», то внутри у него не всё в порядке и он не совсем является субъектом, в таком случае его мнение не должно учитываться.
  2. Постановка вопроса о «должном язычестве» строится на привязке одной из современных европейских наций (русских, французов, англичан и т. д.)

к одному конкретному древнему народу. На самом деле современные общности являются просто аморфными массами, которые хотят себя потешить тем, что они потомки великих предков, доводя до абсурдных примеров вроде турецкой или румынской «фолкхистори». На самом деле современные нации от древних народов отделяют куча политических, социальных, культурных, религиозных и так далее процессов, которые чего только не намешали и создали практически новые общности на той же земле. Как минимум общинно-родовые структуры развалилась, а они для древних были основополагающими. Сама же идея происхождения от древних народов тоже не является «наследием далеких предков», ведь зачастую это постоянное переписывание «народнических» идей XVIII-XIX века (просто европейские нации после реформации и при просвещении устали строить нац. проекты на римско-католической или греко-православной основе), которые также имели политическую подоплёку. Заметьте, что немцы вспомнили о своём древнегерманском наследии как раз в разгар развития пангерманских геополитических идей, а панславистская идея в Российской Империи очень удобно оправдывала балканские войны.

У современных общностей есть, на самом деле, привязка сразу к нескольким древним народам, но, чтобы одновременно связать себя с Древним Обычаем и не утратить национальной идентичности, надо осознать подлинную связь того или иного древнего народа с твоей нацией. Ну и, собственно, как эту привязку установить? Для начала определимся с приоритетами, нас не должны сильно волновать исторические, лингвистические, генетические и так далее консенсусы, не должны волновать идеи определенных авторов и политические курсы, в первую очередь нас должен интересовать Миф.

И раз мы следуем древнегерманской традиции, то мы должны использовать текста различных саг и поэм, которые нам могут многое сказать про древнегерманское восприятие человеческой истории.

Если обратится к источникам традиции, то исповедование одинизма любыми восточноевропейскими народами полностью оправдывается готской историей и тем более — державой Эрманариха. Почему и как? Потому что в древнегерманской традиции эпоха Эрманариха является чем-то вроде золотого века внутри человеческой истории, это — время великих правителей, великих воинов и просто великих свершений, а земля остготов, находящаяся в Северном Причерноморье, являлась чем-то вроде «земли обетованной» (см «Сага об Инглингах»). Об этом могут нас рассказать довольно разные источники. К примеру, древнеанглийская поэма «Деор» пишет об Эрманарихе так:

«Wé geáscodan Eormanríces wylfenne geþóht; áhte wíde folc Gotena ríces. Þæt wæs grim cyning Sæt secg monig sorgum gebunden wéan on wénan, wýscte geneahhe þæt þæs cyneríces ofercumen wáere.»

«И эта известна Эорманрика волчья повадка: был вождь всевластен, вожатай безжалостный, в державе готов; часто встречались в печали многие сидели и ждали мужи, когда же сгинет невзгодное его могущество»

Также следует обратить внимание на другой памятник древнеанглийской поэзии-«Видсид»:

5. «Æþele onwocon. He mid Ealhhilde, fælre freoþuwebban, forman siþe Hreðcyninges ham gesohte eastan of Ongle, Eormanrices, wraþes wærlogan. Ongon þa worn sprecan: 10. «Fela ic monna gefrægn mægþum wealdan! Sceal þeodna gehwylc þeawum lifgan, eorl æfter oþrum eðle rædan, se þe his þeodenstol geþeon wile. þara wæs Hwala hwile selast, 15. ond Alexandreas ealra ricost monna cynnes, ond he mæst geþah þara þe ic ofer foldan gefrægen hæbbe. Ætla weold Hunum, Eormanric Gotum»

5. «Муж мюрьингский; с пряхой мира, с прекрасной Эальххильд в первый раз ко властителю хред-готов многохрабрых с восхода направился он из Онгеля к Эорманрику, клятвохранителю; и начал многоречивый 10. «О людях всевластных я слыхивал немало: должен владетель жить добродетельно, властить справедливо наследной вотчиной тот, кто хочет престолу счастья. Долго Хвала достохвально правил, а самым сильным 15. был Александр среди людей и благоденствовал больше всех на этом свете, о ком я слышал. Этла правил гуннами, Эорманрик готами»

105. «Hlude bi hearpan hleoþor swinsade, þonne monige men, modum wlonce, wordum sprecan, þa þe wel cuþan, þæt hi næfre song sellan ne hyrdon. ðonan ic ealne geondhwearf eþel Gotena, 110. sohte ic a gesiþa þa selestan; þæt wæs innweorud Earmanrices. Heðcan sohte ic ond Beadecan ond Herelingas Emercan sohte ic ond Fridlan ond Eastgotan frodne ond godne fæder Unwenes. 115. Seccan sohte ic ond Beccan, Seafolan ond Þeodric, Heaþoric ond Sifecan, Hliþe ond Incgenþeow. Eadwine sohte ic ond Elsan, ægelmund ond Hungar,ond þa wloncan gedryht Wiþmyrginga. Wulfhere sohte ic ond Wyrmhere; ful oft þær wig ne alæg, 120. þonne Hræda here heardum sweordum ymb Wistlawudu wergan sceoldon ymb Wistlawudu wergan sceoldon ealdne eþelstol ætlan leodum.»

105. «Под звуки арфы, звонко текущие, и мужи дружинные, нестрашимые в битве, на пиру говорили, что они, умудренные, лучшей песни не слыхивали прежде; потом я пустился по старым готским исконным землям 110. искать содружинников и это были Эорманрика приближенные: Хэтку нашел я, Беадеку, и херелингов, Эмерку нашел я, Фридлу и Эастготу, добромудрого родителя Унвене, 115. Секу нашел я, Беку, Сеаволу и Теодрика, Хеадорика и Сивеку, Хлиде и Ингентеова; Эльсу нашел я, Эадвине, Эгельмунда и Хунгара, и войско отважное вит-мюрьингов; Вульфхере нашел я и Вюрмхере; воевало там непрестанно 120. войско хредов в лесах у Вистлы, мечами точеными часто обороняя древний трон свой.»

Из этого следует, что даже для далёких от восточной Европы англосаксонских германцев держава Эрманариха и деяния готов вообще представляли собой очень важную часть эпической истории, раз описания их занимают довольно весомую часть самих поэм, причём мы говорим о поэмах, которые считаются великими памятниками древнеанглийского языка.

Также возвеличивание Эрманариха и готской истории мы можем найти в эддических песнях. Очень много песен повествует о событиях великого переселения народов, в особенности «Речи Хамдира», где прям ярко описано столкновение гуннов и готов на территории современной Украины. Приведём ещё вот такой интересный отрывок из данного произведения:

25. «Þá hraut við inn reginkunngi baldr í hrynju, sem björn hryti: «Grýtið ér á gumna, alls geirar né bíta, eggjar né éarn Jónakrs sonu.»

25. «Рычанием ответил богами рожденный, конунг в кольчуге, как ярый медведь: «Бросайте в них камни, ни копья, ни лезвия их не разят — отпрысков Йонакра»

Само собой, следует обратить внимание на такое хейти, как reginkunngi (Богами рождённый)

Приведём также в пример «Песнь о Хюндле»:

25. «Kunnak báða Brodd ok Hörvi; váru þeir í hirð Hrolfs ins gamla. Allir bornir frá Jörmunreki, Sigurðar mági, — hlýð þú sögu minni, — folkum grimms, þess er Fáfni vá.»

25. «Я знала обоих — Бродда и Хёрви, дружинников смелых Старого Хрольва, Ёрмунрекк им обоим отец, родич он Сигурда, — слушай рассказ мой! — славного мужа, сразившего Фафнира.»

Ну а если без нашего великого конунга из рода Амалов, то история готов и их столкновение с гуннами описывается ещё на самом грандиозном памятнике рунической письменности — Камне из Рёка

Вот текст на камне:

«Eptir Vémóð/Vámóð standa rúnar þær. En Varinn fáði, faðir, eptir feigjan son. Sǫgum múgminni/ungmenni þat, hverjar valraufar væri tvær þær, svát tolf sinnum væri numnar at valraufu, báðar saman á ýmissum mǫnnum. Þat sǫgum annat, hverr fyrir níu ǫldum án yrði fjǫr með Hreiðgotum, auk dó meðr hann umb sakar. Réð Þjóðríkr hinn þormóði, stillir flotna, strǫndu Hreiðmarar. Sitr nú gǫrr á gota sínum, skildi umb fatlaðr, skati Mæringa. Þat sǫgum tolfta, hvar hestr sé Gunnar etu véttvangi á, konungar tveir tigir svát á liggja. Þat sǫgum þrettánda, hverir tveir tigir konungar sæti at Sjólundi fjóra vetr at fjórum nǫfnum, bornir fjórum brœðrum. Valkar fimm, Ráðulfs synir, Hreiðulfar fimm, Rugulfs synir, Háislar fimm, Hǫrðs synir, Gunnmundar/Kynmundar fimm, Bjarnar synir. Nú’k m[inni] m[eð] ǫllu [se]gi. Einhverr … [svá]t … eptir frá. Sǫgum múgminni/ungmenni þat, hvar Ingoldinga væri goldinn at kvánar húsli. Sǫgum múgminni/ungmenni, hveim sé borinn niðr drengi. Vilinn er þat. Knúa/knýja knátti jǫtun. Vilinn er þat … Sǫgum múgminni/ungmenni: Þórr. Sibbi véaveri ól nírœðr.»

«О Вемуде говорят эти руны, Варин сложил их в честь павшего с «О Вемуде говорят эти руны, Варин сложил их в честь павшего сына. Скажи, память, какой добычи было две, которую двенадцать раз на поле брани добывали, и обе брались вместе, от человека к человеку. Скажи еще, кто в девяти коленах лишился жизни у остготов (в оригинале «рейдготов») и до сих пор все первый в битве Тьодрик правил, смелый в бою, кормчий воинов в море готов. Ныне сидит он, держа свой щит на готском коне, вождь мерингов. Я говорю: это двенадцатый, где конь Гунна кормится на поле боя, двадцать королей лежат. Я это говорю, как тринадцатый из двадцати королей, сидевших в Шёлунде четыре зимы, из четырёх имён, рождённых четырёх братьев. Пять имён Вальке, сыновей Родфульса. Пять Рейдульфов, сыновей Ругульфса, пять Хайслей, сыновей Хордса, пять Гуннмундов, сыновей Бьорна. Сейчас я расскажу всю историю. Кто-то… Я говорю молодым, потомкам Ингвальда, чей долг был погашен жертвоприношением жены. Я говорю это молодым, родившимся потомками борца. Это Вилен. Он мог бы победить гиганта. Это Вилен. Нит. Я говорю молодым: Тор, Сиббе из Вье, девяностолетний, породил (сына)»

Достаточно саг, поэм и других произведений, которые через призму мифопоэтики рассказывают о готской истории и о столкновении с гуннами, но в окончательном отождествлении с Русью нам поможет «Сага о Хёрвер и Хейдрике». Легендарный конунг Сигрлами правит Гардарикой (Русью) и является сыном Одина (соединение двух элементов разных версий саг, которые никак не противоречат друг другу, а наоборот, закрывают «дыры» отдельных версий).

Следует также отметить, что повествование о войне с гуннами удивительно точно древнерусскому архетипу постоянной войны с вторгающимися азиатскими кочевниками. Вообще политическое положение древних германцев очень хорошо вписывается в русское восприятие политической географии. На западе у нас разлагающийся антитрадиционный Левиафан (Римская империя), а на востоке — опасность нашествия воинственных степных кочевников.

Подводя итог, мы можем смело заявить, что Русь в лоне германо-скандинавской традиции может считаться не периферией, но одним из метафизических центров.

Однако, помимо готской роли в истории Руси, есть ещё и более известная варяжская роль.

Образующими элементом древнерусского государства было древнегерманское племя русь, оно дало название народу и стране и дало первую правящую династию. Причём мы говорим не про «одного раз пришедших наемников». Археология свидетельствует о довольно широком расселении скандинавов на территории древней Руси (Суздаль, Смоленск и т.д.), а Старая Ладога и Новгород — лишь наиболее известные центры.

Так что к условному «призванию варягов» расселение скандинавов уже существовало.

В дальнейшем было создано очень хорошее по тем меркам «варварское королевство», а племя Русь дало своё имя всему подвластному населению в 882 году. Вот как сказано об этом В «Повести временных лет» — «И сел Олег, княжа, в Киеве, и сказал Олег: «Да будет это мать городам русским». И были у него варяги, и славяне, и прочие, прозвавшиеся русью.»

В дальнейшем Русь продолжала существовать скорее в скандинавской политической ойкумене и многие междоусобицы решались с участием северных родственников, как это было при Владимире, Ярославе и т.д.

Вдобавок скандинавские саги, которые повествуют нам об участии викингов в древнерусских междоусобицах, могут пролить свет на достаточно интересные детали тех событий (например, «Сага об Эймунде»). Даже после христианизации Хольмгардская Русь представляла собой ценность, ибо по легенде в юности там творил свои чудеса святой Олав (Олав II Харальдссон), чья церковь долгое время была в Новгороде и называлась «Церковь Варяжская».

Долгое время Русь была полноправным северным королевством, однако со временем князья стали вступать в смешанные браки с половцами, а политическое единство было разрушено, потом и вовсе пришёл Батый и культурно-политический облик России сильно изменился. И лишь Новгородская Республика оставалась наследником великой варяжской Руси…

Вот оно — наше наследие, вот он— наш Одаль!

Читайте также:

Диссимиляция и трайбализм: приглашение к дискуссии
Современное язычество перманентно находится в поиске путей и стратегий своего существования и развития в сторону роста и аутентичности. Один из извест...

Рассмотрение Руси-Рейдготоланда в качестве центра германо-скандинавской традиции имеет свою актуальную подоплёку. Не будем тешить себя иллюзиями, что русские и Россия в целом — бастион консерватизма в Европе, однако русские в меньшей степени прошли либерализацию сознания и ценностей, и по менталитету, скорее, походят на жителей до-модерновой Европы, тем самым они чуть ближе к далёким языческим предкам, чем, какие-нибудь язычники Германии и Исландии. Если обыкновенному псевдоевропейцу-псевдоязычнику из ЕС рассказать, что есть аутентичное язычество, то у него будет кровь стыть в жилах, он всё это назовёт «жестоким патриархальным варварством», а Одина и Тора нарисует «чёрными небинарными персонами». У русских тоже такое есть, но гораздо в меньшей степени.

То есть признание права русским следовать северной традиции есть возможное спасение самой северной традиции. В некоторых сообществах германо-скандинавской традиции в РФ уже наблюдается стремление к возрождению аутентичной традиции. Вдобавок это уже точно не является карго-культом, ведь Россия тоже является одним из очагов мысли современной германо-скандинавской традиции, как минимум Россия является одним из самых главных центров языческого традиционализма, также на русской почве образуются совершенно своеобразные направления (например, «Альдивег»). Однако все равно находятся граждане, которые считают это «глупым нордоверским маскарадом», впрочем — каждому своё.

Представители германо-скандинавской традиции в России также принимают активное участие в общеязыческом движении или в патриотических кружках, многие из них — пассионарные кадры, которые славно трудятся и проявляют инициативу (прямо как варяги в 862-м году), потому называть русских одинистов «вырусью» и «предателями родины» из-за того, что они не вписываются в «славянскую парадигму» как минимум глупо.

Возрождение северного язычества в России идёт полным ходом и на вопрос «почему мы здесь не чужие» уже каждый по-своему ответил. Однако ни капли не помешает последний штрих, в виде подобного текста, который не оставит никакого сомнения, что мы здесь свои и мы здесь нужны.

Yngvarr

Читайте также:

Евгений Харитонов: Земщина или русский трайбализм
Для того, чтобы начать разговор о славяно-русском языческом трайбализме в современных реалиях, стоит, на мой взгляд, определиться в самих понятиях, ак...

Поделиться в соц. сетях:
Понравился материал? Поддержи работу Фонда